Тэмми только что потеряла работу. Её выгнали из закусочной быстрого питания прямо посреди смены - начальник сказал, что она слишком медленно шевелится. Домой она ехала на стареньком велосипеде, злясь на весь мир и на себя заодно. А когда открыла дверь квартиры, там её ждал ещё один удар.

На кухне стоял накрытый стол со свечами. Муж сидел напротив соседки. Они смеялись, вино в бокалах, салфетки красиво сложены. Тэмми замерла в дверях. Муж даже не сразу заметил её. А когда заметил - начал что-то бормотать про «это не то, что ты думаешь». Но думать уже было поздно. Она молча прошла в спальню, вытащила старую спортивную сумку и начала кидать туда вещи. Через двадцать минут она уже стояла на крыльце с этой сумкой и чувствовала себя совершенно потерянной.

Домой к родителям она приехала поздно вечером. Мама открыла дверь в халате, посмотрела на дочь и только вздохнула. Отец спал, телевизор тихо бормотал в гостиной. Тэмми рассказала всё за одну минуту, почти без эмоций. Потом попросила машину - хотела уехать куда-нибудь далеко, хотя бы к Ниагарскому водопаду. Просто посмотреть на воду, которая падает и не останавливается никогда. Мама покачала головой: машина нужна ей самой, да и вообще сейчас не время для таких поездок. Тэмми чуть не заплакала, но сдержалась.

На следующее утро она сидела на кухне и тупо смотрела в чашку с остывшим кофе. Тут в дверях появилась бабушка Перл. Маленькая, сухонькая, в ярком спортивном костюме и с лёгкой улыбкой. Она сразу поняла, что внучка в беде. Выслушала историю, покивала, а потом вдруг сказала: поехали вместе. У меня есть старый «Кадиллак», ключи в сумочке. Тэмми сначала подумала, что ослышалась. Но бабушка уже доставала из шкафа дорожную сумку и напевала какую-то старую песенку.

Они выехали на рассвете. Перл сидела за рулём, Тэмми рядом. Сначала всё шло спокойно. Бабушка включала радио, подпевала старым хитам, рассказывала, как в молодости ездила на рок-концерты и однажды даже ночевала в машине у озера. Тэмми слушала и понемногу оттаивала. А потом Перл попросила остановиться у придорожного магазинчика. Вернулась с двумя большими стаканами кофе и маленькой бутылочкой чего-то покрепче. Тэмми сначала не поняла. А когда поняла - только рассмеялась. Бабушка подмигнула и сказала, что в дороге всё можно, лишь бы настроение было хорошее.

Дальше стало веселее и хаотичнее. Перл действительно любила выпить. Не сильно, но регулярно. В одном мотеле она уговорила бармена налить ей «по-настоящему хороший виски», в другом - танцевала с какими-то байкерами под кантри. Тэмми сначала пыталась её утихомирить, потом махнула рукой и стала просто наблюдать. Оказалось, что с бабушкой рядом жизнь выглядит совсем не так страшно. Даже измена мужа, даже потерянная работа - всё это как будто отодвинулось на второй план.

Они всё-таки доехали до Ниагары. Стояли у перил, смотрели, как огромная масса воды с грохотом падает вниз. Волосы намокли от брызг, одежда прилипла к телу. Перл вдруг обняла внучку за плечи и сказала: знаешь, детка, иногда нужно просто уехать. А потом вернуться уже другой. Тэмми кивнула. Она ещё не знала, какой именно она вернётся домой. Но чувствовала, что уже начала меняться.

На обратной дороге они почти не разговаривали. Просто ехали, слушали радио и иногда переглядывались. В багажнике лежали новые воспоминания, а в голове у Тэмми - мысль, что даже самые тёмные дни могут закончиться хорошей поездкой. И хорошей компанией. Особенно если эта компания - твоя собственная бабушка, которая в свои семьдесят с лишним всё ещё умеет жить на полную.